– Я иногда очень волнуюсь за твоего брата, – тяжело вздохнула Тиш.

– Он такой… чертовски серьезный, ответственный, – подыскала слово Миранда, ткнув кулаком в гобеленовую подушку, которая в данный момент служила ей заменой Мейсона.

– Хорошая черта. Если бы ваш отец обладал таким качеством в большей мере, имя компании гремело бы, и Мейсон не оказался бы в столь безнадежном положении.

Малькольм был хорошим человеком, превосходным мужем и отцом, но посредственным бизнесменом. Он давно начал заниматься электрическими батарейками, свято веря, что они изменят мир. Все наличные деньги компании и большую часть личного состояния он вложил в бесполезные патенты, которые годились только для научно-исследовательских работ. После смерти отца Мейсону досталась компания с большими долгами, и с ними надо было расплачиваться.

К сожалению, у Малькольма был патент по-настоящему выгодного дела – батареек, а он не воспользовался его возможностями. Мейсон нашел материалы в папке, но уже не мог развивать этот бизнес, поскольку у «Александр индастриз» не было наличных, и компания, по всем статьям пребывающая в 60-х годах, медленно умирала. Конечно, семье Александр хватало средств на жизнь, и весьма приличную, благодаря выгодным трастам, но деньги Каролины Викершем – единственная надежда компании на возрождение.

– Он собирается жениться, совершенно не заботясь о том, что его будущая жена даже не влюблена в него. – Миранда вздохнула. – Он и сам тоже не влюблен в Каролину. Разумеется, я не думала, что Мейсон сгорает от любви и теряет рассудок, но надеялась, что он, по крайней мере, испытывает к Каролине хоть какие-то чувства. А он влюблен в ее банковский счет.

– Знаю. Мейсон старается заботиться о нас, обо всех нас, дорогая. Ситуация очень тяжелая, мы должны его благодарить.